Удальцов: Путину – бой

Удальцов: Путину – бойДля молодых радикалов он – Че Гевара XXI века. Как становятся оппозиционером и как живут оппозиционером – рассказывает Сергей Удальцов, один из лидеров антипутинских протестов и профессиональный революционер.
 
Книга не только повествует о протестном движении, о его известных деятелях, глазами самого Удальцова (таких как Собчак, Яшин, Пономарев и т.д.), но также рассматривает частную жизнь автора, историю его семьи, повседневную жизнь в атмосфере непрерывных репрессий, обысков и задержаний.
 
Удальцов рассказывает всю правду не только о себе, но и о своих близких: на что и как живет семья профессиональных борцов с режимом. Издание содержит все основные программные установки и документы «Левого фронта». Именно об этом книга «Путину – бой. Когда Левый Фронт победит» (М.: Алгоритм, 2013). А пока – небольшая выдержка от первого лица:
 

Система против Системы. Все смешалось сегодня в России. Кризис — в экономике, тандемократия — в политике, бизнес — в бегах да на лондонской паперти, несогласные — в губернаторах. При этом, как мы видим по итогам выборов, прошедших 1 марта, меняется состав и вполне «согласных» депутатов. Система в поиске… В этих условиях неожиданно актуальным становится извечный спор о соотношении парламентских и непарламентских методов работы оппозиции.
 
Все больше представителей несистемных политических организаций громогласно заявляют: дождались, система трещит, теперь единственный путь к успеху — это уличная борьба. А тех, кто заикается о выборах, о партстроительстве, о судебных исках против ошалевших застройщиков и охамевших чинуш, которые торопятся доворовать, «пока не началось», обвиняют в «мелкотемье» и «мелкобуржуазных иллюзиях», а то и вовсе записывают в ряды «прислужников режима».
 
Конечно, для многих оппозиционных активистов романтическая уличная стихия гораздо привлекательнее рутинной работы с законами и документами. Однако, как показывает практика, очень часто грамотно составленный судебный иск или вовремя поданный депутатский запрос позволяют эффективно защитить нарушенные права граждан — тогда как бездумное и неподготовленное перекрытие дорог или столкновение с милицией лишь отпугивает жителей и играет на руку властям, которые с радостью используют это как поводы для того, чтобы выставить нас «экстремистами».
 
Лично я уже не один год занимаюсь протестной деятельностью именно вне парламентских стен, но считаю, что в поисках ответа на вопрос «улица или парламент?» полезен прагматический подход, который не допускает противопоставления различных методов политической работы. Особенно сейчас, когда мы стоим на пороге достижения реальных результатов нашей борьбы.
 
Надо трезво оценивать ситуацию. Пока что, несмотря на рост безработицы и планомерное снижение уровня благосостояния населения, протестные настроения граждан еще не достигли того уровня, на котором с неизбежностью происходят значимые политические изменения. А потому, отдавая безусловный приоритет подготовке массовых уличных акций, цель которых — заставить действующую власть пойти на серьезные политические и социальные реформы, игнорировать выборы и открывающиеся ими возможности занять управленческие позиции, особенно на местном уровне, будет непростительной ошибкой.
 
Даже с учетом всех изъянов современного выборного законодательства, приводящих к необходимости использовать партийные списки той или другой «системной» партии. При этом парламентскую трибуну и депутатские полномочия мы должны рассматривать, безусловно, не как самоцель, а как инструменты для решения конкретных проблем простых граждан — ведь именно это является одной из основных задач честного и искреннего политического активиста. Конечно, мы хотим глобальных преобразований. Но на пути к ним не имеем права отмахиваться от так называемых «малых дел». Иначе рискуем превратиться в пустых мечтателей, в чем нас и так нередко упрекают, и часто справедливо.
 
Бытует мнение, что тот, кто попадает в стены парламента, быстро забывает о своих обещаниях и начинает «почивать на лаврах» — ведь так гораздо спокойнее. К сожалению, таких примеров действительно много. Сколько жирных «народных избранников» мы видим в нынешней Госдуме, да и в региональных парламентах! И некоторые наши активисты с ироничным презрением говорят о своих товарищах, подавшихся в депутаты. Позволю себе не согласиться с их огульными суждениями, поскольку есть и другие примеры (в том числе и в «Левом фронте»), которые доказывают: если не забывать о своих идеалах, если не трусить и не пресмыкаться — то депутатский пост может дать серьезные возможности для более действенной помощи конкретным людям, что, в конечном счете, будет способствовать повышению авторитета оппозиции.
 
Кроме того, работа в законодательных органах власти и в органах местного самоуправления, требуя профессиональных знаний и навыков в решении непростых вопросов управления социально-экономическими процессами, объективно становится школой подготовки наших кадров. Других возможностей получить реальные навыки управления сегодня практически нет. А в том случае, если оппозиция завоюет политическую власть, к чему мы все стремимся, крайне важно, чтобы ее представители умели работать надежно и профессионально, а не только болтать языками. Не будем забывать об этом.
 
В последнее время в рамках деятельности Совета инициативных групп Москвы мне приходится постоянно сталкиваться с многочисленными проблемами москвичей. Это и незаконные уплотнительные стройки, и рейдерские захваты земли и недвижимости, и ухудшение экологической обстановки вследствие сомнительных решений московских чиновников. Пытаясь помочь людям в решении этих проблем, я раз за разом убеждаюсь в том, что Москве, как воздуха, не хватает энергичных и неангажированных депутатов. По сути, лишь пара депутатов Мосгордумы реально (и достаточно эффективно) работают с гражданами «на земле», сохраняя при этом относительную независимость от городских властей. Остальные предпочитают следовать «генеральной линии» в своих уютных кабинетах. Вы представляете — всего пара депутатов на огромную Москву! И подобная ситуация, к сожалению, наблюдается во многих других регионах.
 
А потому несистемная оппозиция в целом и «Левый фронт», в частности, обязательно должны готовить своих кандидатов и участвовать в выборах разных уровней. И шансы на успех есть, ведь подавляющее большинство граждан прекрасно осознает отсутствие реальной помощи со стороны подавляющего большинства действующих депутатов.
 
Не сомневаюсь, что мы просто обязаны сполна использовать все имеющиеся возможности буржуазной демократии, чтобы непрерывно расширять и укреплять правовое поле народовластия. Мы должны постоянно повышать свою юридическую грамотность, изучать законы, регулирующие порядок решения наиболее значимых проблем, и через своих депутатов выдвигать актуальные законодательные инициативы.
 
Кстати, федеральное законодательство пока еще сохраняет многие правовые основания для организации работы с населением в рамках территориального общественного самоуправления, а в практике законодательных собраний в ряде регионов успешно прижилась сохранившаяся с советских времен система наказов избирателей. Умелое использование этих, пусть и достаточно скудных, возможностей, в совокупности с инициативной работой депутатов позволит кардинальным образом усилить наше политическое влияние.
 
К тому же, напомню, законодательство о местном самоуправлении предполагает необходимость учета общественного мнения в решении социально значимых проблем. Опираясь на это, можно эффективно внедрить в практику проведение публичных собраний и референдумов на конкретных территориях. А повышение сознательности и развитие самоорганизации граждан, чему в немалой степени способствуют референдумы, как известно, является одним из важнейших направлений нашей деятельности.
 
В Москве мы уже начали работу в этом направлении. В прошлом году Совет инициативных групп Москвы инициировал городской референдум по проблеме «точечной» застройки. Если рассуждать с формальной точки зрения, то наша инициатива провалилась — Мосгордума «забраковала» вынесенные на референдум вопросы. Однако на самом деле, несмотря на неудачу, проведенная работа существенно укрепила авторитет левых активистов, которые участвовали в ее реализации, привлекла в ряды московского социального движения сотни людей, которые были воодушевлены самой попыткой проведения такого референдума. Да, власти референдум запретили, зато люди — остались! И большинство из них продолжает активную общественную деятельность, в том числе ведет подготовку к инициированию нового референдума.
 
И последнее. Мы все видим, что на несистемную оппозицию сегодня навешивают ярлык неадекватности и абсолютной маргинальности, причем небезуспешно. А кроме того, достаточно успешно применяют тактику раскола между социальными и политическими активистами. Так, любой сход жителей в Москве сопровождается присутствием усиленных нарядов милиции, которые вычисляют политических активистов и предъявляют местным жителям ультиматум: или в сходе участвуют только граждане, проживающие в данном районе, или сход будет разогнан — дескать, «есть информация», что приехавшие «экстремисты» собираются устроить массовые беспорядки. То есть из представителей оппозиции, используя их не всегда уместный радикализм, создают образцово-показательное пугало, чем на корню уничтожают ростки гражданской солидарности. И эту тенденцию необходимо переломить.
 
Убежден, что выдвижение ярких, идейно мотивированных кандидатов на выборах различных уровней, в конце концов, поможет нам существенно улучшить свой имидж в глазах общественности и привлечь немало новых сторонников. Особо нужно вовлекать в наши ряды социальных и профсоюзных активистов, имеющих значительную общественную поддержку.
 
Таким образом, если подвести итог, то можно однозначно сказать: только разумное сочетание парламентских и непарламентских методов может привести оппозицию к серьезному политическому успеху. Одно другому, как говорится, нисколько не мешает, а, наоборот, помогает, усиливая эффективность нашей работы. Только реализовав подобную программу, мы сможем очистить политическое пространство от тех, кто предал левую идею во имя кремлевских пайков. Даешь единый Левый фронт!
 

Create & Design Alexandr Nemirov